Полная версия

Главная arrow Философия arrow Философия техники

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Основные периоды развития философии техники

Несмотря на свое сравнительно недавнее существование - немногим более ста лет - философия техники прошла уже определенные периоды своего развития, каждый из которых имеет специфические черты.

К первому такому периоду можно отнести время, когда формировался круг идей получивших развитие в дальнейшей эволюции философии техники. К этому периоду относятся работы: Э. Каппа о котором уже шла речь, а также работы О. Шпенглера, Ф. Дессауэра, Н. Бердяева, М. Хайдеггера, Ж. Эллюля, К. Ясперса, Э. Фромма и др. Какие же идеи выдвигали эти философы, идеи, которые получили свое развитие в философии техники?

Немецкий философ О. Шпенглер в нашумевшей на Западе книге «Закат Европы», а позже в книге «Человек и техника» несмотря на весь свой пессимизм и нигилизм высказывает ценные идеи о собственных закономерностях развития техники. У него четко прослеживается тенденция анализировать технику в связи с всемирно-историческим развитием человека и культуры. На фоне существующей в то время недооценки фактора техники в общественном развитии О. Шпенглер поставил вопрос о месте и роли техники в истории, о воздействии техники на природу и общество.

В противоположность Э. Каппу и О. Шпенглеру, которые пытались понять технику как орудие человеческой деятельности, в это время появляются мнения о том, что техника, ее развитие определяется божьим промыслом, что человек в процессе своего технического промысла реализует замысел бога. Такие мысли развивал, в частности, неотомист Ф. Дессауэр.

Дессауэр формулирует определенную теорию моральной (если не сказать мистической) значимости техники. Большинство концепций техники ограничиваются рассмотрением практических выгод и пользы. Для Дессауэра же создание техники носит характер кантовского категорического императива (высший нравственный закон) или божественной заповеди. По Дессауэру, свойственные только технике ее автономные преобразующие мир последствия -- свидетельство того, что техника является моральной ценностью. Люди создают технику, однако ее могущество, «сравнимое с мощью горных хребтов, рек, ледникового периода или даже планеты», переходит грань всякого ожидания. Техника приводит в действие нечто большее, чем эти могущественные силы. Современная техника не должна восприниматься как «средство облегчения условий человеческого бытия» (как утверждал Фрэнсис Бэкон); в действительности техника есть «участие в творении..., величайшее земное переживание смертных». Согласно концепции Дессауэра, техника становится религиозным переживанием и опытом, и само религиозное переживание приобретает техническую значимость.

Несмотря на отдельные попытки привлечь творца для понимания сущности техники преобладающей линией этого периода в эволюции техники было стремление постичь ее в связи с человеком. Это стремление получило наиболее яркое воплощение в философии экзистенциализма.

Своим появлением экзистенциализм отражал реакцию индивида на мучительный для человека процесс становления техногенной цивилизации с ее «затехнизированностью» общественных отношений и их бюрократизацией. Экзистенциализм утверждал что техника - это не только целые индустриальные страны с задымленными городами-гигантами но и сокровенная жизнь человека. Технизация всех сфер общественной жизни ведет к превращению человека в технологический комплекс состоящий из технологий успеха, счастья, любви, власти, воспитания и пр. Человек подчиняется технологии отношений, утрачивается восприятие мира с помощью органов чувств, углубляется абстрагированное отношение к реальности. Влияние психотехники представляет большую угрозу идентичности личности. Поэтому технический прогресс не сопровождается общественным. Понятие прогресса применимо к технике, но не применимо к истории общества. В целом экзистенциализм - это философская реакция по поводу человеческих и социальных феноменов развития техники в условиях становления индустриальной цивилизации.

В 1915 году Н.А. Бердяев в статье «Дух и машина» делает свою первую попытку сформулировать проблему соотношения человека и техники. В ней Н.А.Бердяев рассматривает технику как освобождающее «дух человека» начало. В начале 20-х годов в книге «Смысл истории» он вновь возвращается к этой теме, пишет о поворотном значении техники в судьбе человека. Техника, утверждает он, покоряет не только природу, но и человека. Наконец, в 1933 году он пишет статью «Человек и машина», где трезво оценивает кризис человека и человечества, вызванных бурным развитием техники, рассматривает технику как фактор определяющий жизнедеятельность человека. Но способен ли человек ограничить власть техники? На этот вопрос Н.А.Бердяев ответа не дает.

Наиболее значительную попытку анализа феномена техники с точки зрения экзистенциализма дает классик этой философии М. Хайдеггер. Отвергая пессимистические суждения, М. Хайдеггер писал, что существующий ныне пессимизм пройдет на путях всеобщего стихийного возникновения новой духовной атмосферы. Чтобы понять технику, утверждал он, нужно обратиться к человеку, сделать «человеческое измерение» технического прогресса. Техника - это не просто совокупность средств, инструмент, которым нужно овладеть. Сущность техники - это способ каким человек рассматривает возможности, заложенные в природе.

Ярким представителем экзистенциализма был К. Ясперс. Он исходил из того, что человечество имеет единые истоки и общую цель. Прослеживая с этой точки зрения историю общества, К. Ясперс отмечает резкий поворот в истории, который произошел 500 лет до нашей эры и породил греческую, индийскую и китайскую философию и культуру. Человек начинает осознавать свое место в мире, обнаруживает разум. Великие культуры древности, существовавшие тысячелетия, исчезли.

В конце 18 века произошел великий исторический перелом в развитии техники, чему способствовали три фактора: естественные науки, дух изобретательства и организация труда. Техника хотя и отдалила человека от природы, но породила новую близость с ней - родила красоту технических изделий, расширила реальное видение мира.

Ныне наступление нового «осевого времени», связанное с бурным научно-техническим прогрессом. " По широте и глубине перемен во всей человеческой жизни, - писал К. Ясперс, - нашей эпохе принадлежит решающее значение. Развитие техники К. Ясперс связывал с изменением труда: сокращением затрат и усилением интенсивности труда, эволюцией самого характера труда в процессе которого техническое творчество противостоит нетворчеству. Техника открывает перед нами новый мир. Но она имеет свои границы определяемые тем, что техника лишь средство господства над безжизненными, органическими силами и людьми, которые подчас смотрят на технику с ужасом. И все же главный смысл техники по К. Ясперсу состоит в преобразовании самого человека.

К концу первого периода развития философии техники актуальность приобретают мысли о положении техники в тотализированном обществе, где рождается идея технократии, а помехи в развитии техники рекомендуют устранить посредством целенаправленного планирования.

Второй этап эволюции философии техники характеризуется утверждением и развитием тех идей, которые были представлены выше. Однако развитие этих идей имеет свое своеобразие. Это своеобразие заключается в том, что анализ технического прогресса осуществляется сквозь призму общественных отношений, развития общества в целом и его отдельных институтов в частности. Реализуется более глубокий и конкретный анализ взаимосвязи техники с обществом. К этому этапу относятся работы Р. Дарендорфа, Л. Мэмфорда, Х. Сколимовски, Г. Маркузе, Ю. Хабермаса, членов Союза немецких инженеров.

Р. Дарендорф в небольшой книге «Социология индустрии и производства» показал зависимость жизни людей индустриального общества от технического развития. Его «индустриальная социология» обратила внимание на исследование взаимоотношений человека и машины, возникающих в индустриальном обществе. По мнению Р. Дарендорфа, который исследует не саму технику, а те отношения которые складываются в обществе «по поводу техники», современная техника вызывает большие социальные следствия. Под воздействием появления новых отраслей техники происходит расслоение рабочего класса на отдельные профессиональные группы имеющие свои интересы. Образуется «новый средний класс», обширная бюрократия. Общество становится очень мобильным. Развитие техники задает новый принцип социальной дифференциации общества через определенную «квалификационную сетку». Тем самым технике отводится структурирующая функция. Она выступает в качестве независимой переменной, определяющая зависимую переменную - развитие общества. Технологический детерминизм во всех этих рассуждениях проявляется достаточно прозрачно. Саму по себе технику, ее структуру и сущность Р. Дарендорф не исследует. Увлечение открытием, специфика социальных отношений возникающих в связи с развитием и функционированием техники отвлекло Р. Дарендорфа от анализа самой техники как средства деятельности людей.

Л. Мэмфорд в работе «Техника и природа человека» характеризует современную ему эпоху как переходящую от изготовления техники для господства над силами природы к завоеванию природы и полному отделению человека от этой природы при помощи созданной метатехнологии. В результате «человек из активно функционирующего животного, использующего орудия, становится пассивным, обслуживающим машину животным, собственные функции которого, если этот процесс продолжится без изменения, либо будут переданы машине, либо станут сильно ограниченными и регулируемыми в интересах деперсанизированных коллективных организаций». Поэтому, заключает Л. Мэмфорд, надо понять природу человека не как животного производящего орудия, а как самосовершенствующего существа.

«Понять природу человека и человечества для правильной оценки техники!» - этот тезис стал приобретать все большую популярность среди философов техники. Так, Х. Сколимовски прямо пишет, что философия техники мало связана с техникой как таковой, что техника имеет смысл лишь в ее соотнесении с человеком. На развитие последнего, поэтому и следует обращать первоочередное внимание. Духовный строй человека техногенной цивилизации рационализирован, основан на количественных инструментальных ценностях. Необходимо изменить господствующий настрой нашей цивилизации. Поэтому «философия техники, понимаемая как философия человека, настаивает на том, что скорее техника должна быть подчинена человеческому императиву, чем человек подчинен императиву техническому».

В разработке философии техники на этом этапе ее развития значительную роль сыграл «Союз немецких инженеров», существующий уже более ста лет. В 1965 году этот Союз сформировал исследовательскую группу «Человек и техника», которая издала серию сборников, организовывала дискуссии и конференции. В 70-е годы группа Мозеля-Ленке развернула критику традиционных взглядов, существующих в философии техники. С их точки зрения никто ничего существенного для понимания техники не сделал. Все дело в том, что техника - сложный социальный феномен, она имеет полисистемный характер и требует междисциплинарного исследования. Разрабатывая программу такого исследования, эта группа определила различные аспекты анализа техники: культурно-исторический, научно-исследовательский, социально-философский и другие. Особо выделялось значение системотехники, информатики, футурологии для философского осмысления научно-технического прогресса.

В 70-80-е годы появляется «аналитическая философия техники», которая разрабатывает проект «всеобщей технологии» как науки о технике. Центральным в этой науке по мнению Г. Рополя должно стать понятие социально-экономической системы, описываемое на языке теории информации и функциональные законы. «Аналитическая философия техники» стремилась выработать и конструировать комплексное знание о технике, выступала с требованием ценностного подхода к проблемам техники. «Технические проблемы, - писал Г. Рополь,- являются одновременно и моральными проблемами». «Аналитическая философия техники» исследовала техническое знание, разрабатывала теорию систем.

Свой вклад в философию техники внесла антропология техники А. Хунинга, которая претендовала на выполнение интерпретаций знаний о технике - поднимать эти знания до уровня ее теоретического осмысления путем научных понятий. Другие функции антропологии техники по А. Хунингу это функция интеграции - объединять знания о технике и функция эмансипации - освобождать сознание человека от ложного понимания технического прогресса. Главным в антропологии техники выступают требования сделать философию техники средством формирования и развития самосознания ученых и инженеров, рассматривать прогресс техники во взаимодействии техники с человеком. Главнейшим при этом является исследование развития самого человека.

В философии техники к концу второго периода ее развития возникают, таким образом, попытки преодоления ограниченности чисто инструментального анализа техники которое существовало в традиционной философии техники. Возникает стремление рассматривать технику не только в тесной связи с развитием самого человека, но и изучать технику на широком социально-культурном фоне. Эта тенденция пробивает себе дорогу в третий период эволюции философии техники.

Теперь техника начинает рассматриваться в тесной связи с теми новыми социально-экономическими и политическими процессами, которые характеризуют переход общества к новому типу цивилизации. Прежде выработанные представления о сущности техники, ее роли в общественном развитии применяются к осмыслению новых закономерностей реальных процессов «информационного века», к описанию возникающего «информационного общества» и его будущему. Именно теперь четко формулируется тезис о том, что дальнейший прогресс техники невозможен без радикальных общественных изменений.

Возглавляющий Римский клуб А. Кинг в своем докладе «Грядущее информационное общество», утверждая необходимость социальных перемен, говорил: «Чтобы достичь информационного общества плавно и гармонично, всем слоям общества, включая и производство, необходимо овладеть перспективным и образным мышление, точно так же необходимы радикальные изменения социальных отношений и структур. И прежде всего, необходимо единство воли, основанное на общности интересов партий, что трудно достижимо в нынешней системе конфронтаций».

В середине 60-х годов американские философы и социологи ясно увидели, что США начинает движение к постиндустриальному обществу основанному на первоочередном развитии информации. Действительно, современный этап научно-технической революции в значительной степени основывается на успехах в телекоммуникациях и информационной технике. С появлением компьютеризованной информации и на ее основе развились новые виды услуг. Соединение домашних телевизионных приемников посредством сетей кабелей открывает гораздо более прогрессивную возможность обмена информацией. Быстро формирует свой облик офис будущего с персональным компьютерным письмом, связью с персональной компьютерной картотекой. Повсеместно стали применяться компьютеры в процессе обучения.

Д. Белл в книге «Социальные рамки информационного общества» показал, что в новом информационном обществе знание, а не труд выступают источником стоимости. «В этом смысле,- писал он,- как труд и капитал были центральными переменными в индустриальном обществе, так информация и знание становятся решающими переменными постиндустриального общества». Компьютер становится инструментом управления общества. Информация - это власть. Технические проблемы переплетаются с экономическими проблемами. Информация и теоретическое знание - стратегические ресурсы постиндустриального общества.

В своей концепции постиндустриального общества известный американский социолог Э. Тоффлер писал, что приход этого общества сопровождается структурной перестройкой экономической жизни страны с большими переменами в социальных структурах и ценностях. Исчезают старые формы дегуманизированного труда. Рабочие становятся более независимы, более изобретательны и уже не являются придатком машины, а требуют индивидуального отношения к себе на работе. Внимание должно быть фиксировано на человеческих проблемах на вопросах образования и воспитания. Нужно осознать, писал Э. Тоффлер, что «мы вступаем в период, когда культура имеет значение большее, чем когда-либо». Э. Тоффлер видит непосредственную связь изменений в технике с изменениями в образе жизни людей. Техника обуславливает тип нового, постиндустриального общества и новый тип культуры.

Рассуждая о наступлении нового информационного века, У. Драйзард пишет, что новая технология дала людям огромные информационные и коммуникационные услуги. Большинство из них стали доступны благодаря телефону и телевизору. Именно они, находясь в каждом доме, станут каналами связи с новыми базами информационных услуг. Но, продолжает он, новая технология требует нового понимания связи этой технологии с социальными потребностями, выдвигает фундаментальные проблемы человеческой личности и ее ценностей. Однако возникает чувство того, что техника в своем развитии перешла некоторый порог после которого нет обратного пути. Строя треугольник, состоящий из таких факторов как микроэлектронная технология, экономика и политика, У. Драйзард приходит к выводу о необходимости кардинальных политических перемен. «Необходимые нам решения,- заключает он,- выходят далеко за пределы технологической и экономической проблематики. В конечном итоге главные проблемы - политические».

Если у У. Драйзарда формируется мысль о зависимости технических изменений от политических, то другие западные философы подчеркивают зависимость политических решений от технических. Так, Ф.Джордж, хотя и признает определенную зависимость технического прогресса от социальных условий, главным считает то, что «технические изменения детерминируют экономические изменения, и экономические изменения детерминируют социальные перемены». В итоге он считает, что политические и социальные перемены, которые произойдут в мире, будут являться почти исключительно результатом научного и технического прогресса.

Вместе с тем в современной западной философии техники есть и противники признания жестко детерминирующей связи между техническим и общественным прогрессом. Так, французский социолог А. Турен, признавая кризис индустриального общества, все же возражает против чрезмерного преувеличения роли техники в обществе. «Говорить о «компьютерном обществе» или «плутониевом обществе» столь же поверхностно, - пишет он,- как говорить об «обществе парового двигателя» или «электромоторном обществе». Нет резона давать столь большую привилегию определенной технике, какой бы не была ее историческая важность». С точки зрения А. Турена будущее общество с большим основанием можно назвать программируемым обществом - «обозначение, которое ясно указывает на его способность создавать модели управления производством, организацией, распределением и потреблением». Такое общество возникает благодаря своему самосовершенствованию, является мобильным и точнее его было бы назвать не обществом, а культурой.

Как видим, взгляды современных западных философов техники содержит целый спектр различных утверждений о взаимоотношении техники и общества. Но несомненным остается то, что эта проблема встала в центр их внимания. Вместе с тем во всех рассуждениях подобного рода все большим лейтмотивом выступает опасение за будущее общества и человека.

Тем не менее, западная философия техники довольно четко осознала две проблемы: недостаточность научного понимания техники только как инструментального средства воздействия общества на природу и противоречие между культурным и техническим прогрессом, отчуждение научно-технической деятельности и его продуктов от человека и общества.

В нашей стране философия техники долгое время была представлена весьма слабо. Несмотря на уже упоминавшиеся работы Н. Бердяева, сформулированные П.К. Энгельмейером еще в 1929 году основные положения исследовательской программы по философии техники, последняя в свое время встретила непонимание и даже открытое противодействие со стороны «ортодоксальных марксистов». В том же журнале, где П.К. Энгельмейер в статье «Нужна ли нам философия техники?» отмечал важность этого раздела философии, Б.В. Барков в статье «В философии ли дело?» подверг резкой критике П.К. Энгельмеера. «Философия техники, как таковой, изолированной от человеческого общества, от его классовой борьбы и нет, и быть не может,- писал он. Говорить о философии техники - значит мыслить идеалистически. Философия техники - не материалистическая, а идеалистическая концепция».

Собственно с тех пор в советской литературе к философии техники на долгие годы был приклеен ярлык идеализма. Создалось парадоксальное положение: сторонники материалистического понимания истории игнорировали главнейший материальный фактор общественного развития - технику. Сошлемся на одну из монографических работ - книгу Г. Смирновой «Критика буржуазной философии техники» (само название работы уже знаменательно). Вот как ее автор характеризует философию техники: «Философия техники представляет собой попытку буржуазной идеологии, оставаясь в рамках идеалистического решения основного вопроса философии, дать ответ на злободневные вопросы научно-технического прогресса, подновить фасад собственно философских систем, доказать их "современность». Правда, автор вынужден признать, что возникновение философии техники было вызвано как внутренними процессами научно-технического развития, так и возрастанием социально-экономической роли техники, необходимостью обоснования научно-технического знания и творчества, проблем исторического развития техники. Но все же, замечает автор, «по мере своего развития философия техники оформилась в особую систему идеалистического обоснования техники, научно-технического знания и творчества, социальных последствий и тенденций технического прогресса».

Последние десятилетия многие отечественные философы, социологи и науковеды стали уделять все большее внимание разработке отдельных проблем философии техники.

В этом отношении характерны работы, посвященные философско-методологическим проблемам технического знания и технических наук - работы В.И. Белозерцева, О.М. Волосевича, Б.И. Козлова, В.Д. Комарова, Б.И. Иванова, В.М. Фигуровской, В.В. Чешева, Г.И. Шеменева и др. Отдельные работы - В.И Белозерцева, К.С. Пигрова, Е.А. Шаповалова посвящены научно-техническому творчеству и инженерной деятельности.

Однако со временем все чаще делались попытки, и довольно плодотворные, философского осмысления научно-технического прогресса, что характерно для работ Г.Н. Волкова, В.Г. Горохова, Н.И. Дряхлова, А.А. Зворыкина, Б.М. Кедрова, В.Г. Марахова, Ю.С. Мелещенко, Г.М Тавризян, С.В. Шухардина и др.

Разработке философии техники способствовали созданный под руководством С.В. Шухардина сектор современой научно-технической революции ИИЕТ РАН, а затем сектор по философии техники в Институте философии РАН под руководством В.Г. Горохова, переводы работ западно-европейских и американских философов техники, статьи в журнале «Вопросы философии».

Осмыслению современного этапа научно-технического прогресса, роли информационной технологии в переходе общества к постиндустриальной цивилизации посвящены работы Р.Ф. Абдеева, А.И. Ракитова, Г.Л. Смоляна. Но и до сего времени уровень разработок философских проблем техники в нашей стране не отвечают ни той роли, которую играет техника в жизни современного общества, ни мировому уровню философского исследования техники.

 
Перейти к загрузке файла
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>